Ольга Антонова

Articolul în română.

Проблема доступа людей с ограниченными возможностями в государственные и частные учреждения, банки, заведения общепита и в общественный транспорт в Кишинёве до сих пор остается актуальной. Отсутствие надлежащей инфраструктуры, проблемы с трудоустройством, а также отношение со стороны властей делают жизнь людей с ограниченными возможностями (ЛОВ) фактически невыносимой.

При этом Молдова представляет в ООН весьма позитивные отчеты о прогрессах в выполнении Конвенции по защите прав ЛОВ. На деле же все обстоит совсем иначе. Стоит отметить, что с подобными проблемами сталкиваются не только ЛОВ, но и маломобильные люди (ММЛ), для которых передвижение по Кишиневу становится настоящим испытанием.

Чтобы читателям было проще разобраться, расшифруем понятия ЛОВ и ММЛ.

Согласно Конвенция ООН по правам ЛОВ, человек с ограниченными возможностями (инвалид, человек с ограничением жизнедеятельности, человек с инвалидностью) – это человек, возможности личной жизнедеятельности которого в обществе ограничены из-за его физических, умственных, сенсорных или психических отклонений (статья 1 Конвенции).

В Словаре по социальной работе человек с ограниченными возможностями определяется как тот, кто не способен выполнять определенные обязанности или функции по причине особого физического или психического состояния, или немощности. Такое состояние может быть временным или хроническим, общим или частичным.

По данным с сайта Всемирной организации здравоохранения, инвалидность – это термин, объединяющий различные нарушения, ограничения активности и возможного участия в жизни общества. Нарушения – это проблемы, возникающие в функциях или структурах организма; ограничения активности – это трудности, испытываемые человеком в выполнении каких-либо заданий или действий; в то время как ограничения участия – это проблемы, испытываемые человеком при вовлечении в жизненные ситуации.

Маломобильные люди (маломобильные группы населения) – люди, испытывающие затруднения при самостоятельном передвижении, получении услуги, необходимой информации или при ориентировании в пространстве. К маломобильным группам населения здесь отнесены: инвалиды, люди с временным нарушением здоровья, беременные женщины, люди старших возрастов, люди с детскими колясками и чемоданами и т.п.

Конвенция ООН по правам ЛОВ. Ожидания и реальность

В 2010 году Молдова ратифицировала Конвенцию ООН по правам ЛОВ. Между тем, отчет за 2015 год о правах людей с устойчивыми психическими или интеллектуальными нарушениями, как и отчет о правах ЛОВ за 2016 год, по оценкам экспертов в данной области, показал, что за шесть лет ситуация в отношении этой категории граждан фактически не изменилась (см. также это исследование). Начальник департамента исследований и мониторинга Офиса народного адвоката Светлана Русу тогда отметила, что потребности лиц с инвалидностью находятся в поле зрения лишь руководимой ею омбудсменской конторы и малочисленных НПО, что явно недостаточно. По ее словам, в стране никто не проводит полноценный мониторинг ситуации, связанной с наймом людей с ограниченными возможностями на работу – чтобы постоянно держать ситуацию под контролем, необходимы средства.

В 2012 году Парламент РМ принял Закон о социальной интеграции лиц с ограниченными
возможностями и Закон об обеспечении равенства. Однако, как показывают исследования 2016 года, в жизни ЛОВ фактически ничего не изменилось. Закон дополнялся и изменялся в 2015, 2017 и 2018 году.

Ирина Ревин, председатель Ассоциации предпринимателей с инвалидностью в Республике Молдова, предприниматель в области информационных технологий: «К сожалению, с 2012 года действительно практически ничего не изменилось. Да, этот закон очень хороший. Более того, на законодательном уровне Молдова вполне может дать фору многим европейским странам, во многих из которых нет такого закона – о социальной интеграции людей с инвалидностью. Но проблема в том, что закон есть, но он не соблюдается. Он не имеет никакого регламента, который позволил бы согласовать его применение и наказывать на его нарушение. Поэтому он не соблюдается абсолютно никем. Даже в том, что касается строительных норм, большинство новых зданий, которые сдаются в эксплуатацию, не адаптированы. Есть некоторые подвижки, но чаще всего на такие «уступки» идут частные лица, а не государство».

В 2016 году UNDP, при содействии Программы развития Организации Объединенных Наций (ПРООН) и участии профильных учреждений и организаций по защите прав ЛОВ, провел подробный анализ по вопросу целесообразности для Молдовы ратифицировать Факультативный протокол к Конвенции по правам ЛОВ (ФК КПИ). Эксперты тогда рекомендовали нашей стране ратифицировать ФК КПИ и дали ряд рекомендаций о корректировке положений законодательства, проведении обучения судей по международной и региональной судебной практике по вопросам прав ЛОВ и усилению сотрудничества между правительством и НПО в области прав ЛОВ.

В отчете UNDP за 2016 год указано, что Правительство РМ, при помощи ООН, провело анализ системы социальной защиты и разработало варианты ее реформирования, сделало доступными статистические данные о ЛОВ через банки данных НБС statbank.statistica.md и Министерства здравоохранения: www.ms.gov.md, в 2016 году Конституционный суд вынес одно решение насчет прав лиц с ограниченными возможностями. Кроме того, в этом же году процентная доля детей с ограниченными возможностями, зачисленных в общеобразовательные дошкольные учреждения и школы (1–9 классы) составила 28% для школ (по другим учреждениям данных нет), а число взрослых/семей, пользующихся специализированными социальными услугами для людей с ограниченными возможностями – 6 798. Также в отчете отмечено, что «в Офисе представительства ООН в Молдове был установлен лифт», и что «ведутся и другие ремонтные работы, направленные на повышение доступности этого здания».

Изучив доклад, Комитет по правам ЛОВ выразил обеспокоенность рядом проблем и положений законодательства и вынес соответствующие рекомендации, в числе которых были и следующие:

  • принять все меры для обеспечения соблюдения правовых гарантий доступности во всех областях, включая городскую инфраструктуру, строительство и службы общего пользования;
  • обеспечить разработку и применение санкций за несоблюдение соответствующих требований во всех областях, где должна быть гарантирована доступность;
  • принять план действий по обеспечению доступности с четко определенными сроками и обеспечить его осуществление и контроль за его реализацией в тесной консультации с инвалидами через представляющие их интересы организации.

Однако с 2017 года Молдова больше не представляла никаких докладов по проблемам ЛОВ в ООН. Хотя, по словам Ирины Ревин, представлять-то особо и нечего, поскольку, несмотря на обещания, с тех пор практически ничего не изменилось.

Ирина Ревин: «После 2017 года докладов в ООН по социальной интеграции ЛОВ не было. Да и, если честно, после этого доклада тоже особо ничего не изменилось. Доклад был, были порицания и рекомендации. Молдова пообещала, что обязательно сделает все, что необходимо. Но на деле законы принимаются, подписываются, но не соблюдаются. И это – самая большая проблема, что нет соблюдения закона. Более того, ни государственные, ни частные подрядчики не знают о нормативах по поводу доступной среды для ЛОВ. Например, у нас нет ни одного государственного или частного университета, который был бы доступен для людей на инвалидной коляске, не говоря уже об общежитиях. А это очень важно для социальной интеграции ЛОВ – именно доступ к образованию».

В 2017 году Правительством РМ была утверждена Национальная программа социальной интеграции лиц с ограниченными возможностями на 2017-2022 годы, а также – план по ее реализации, в которую были включены и вопросы по улучшению инфраструктуры.

Ирина Ревин: «К сожалению, данная программа абсолютно не действенная, также, как и предыдущая. Это – всего лишь набор каких-то рекомендаций или запланированных действий, но очень широко описанных. Более того, получилось, что после объединения и упразднения некоторых министерств вообще стало неясно, кто несет ответственность за внедрение этой программы. При этом, по части разработке Национальной программы у нас все хорошо, а вот по реализации – очень мало. Предыдущая была реализована всего на 30-40%, и то – на бумаге».

Что было сделано

К сожалению, практика также показывает, что даже благие начинания в этом направлении заканчиваются проблемами. Рассмотрим несколько примеров.

С 2011 года в столице циркулируют троллейбусы с выдвижной панелью для ЛОВ. Однако до сих пор не все водители готовы принимать на борт людей в инвалидных креслах. Впрочем, ситуация постепенно меняется к лучшему.

В 2016 году в Кишиневе была обустроена пешеходная улица имени Евгения Доги, на которую примэрия потратила 12,8 миллионов леев. Однако она совершенно не приспособлена не только к потребностям ЛОВ и ММЛ, но обычным пешеходам пройтись по ней довольно непросто. Брусчатка в первый же год начала разрушаться, а сам Дога заявил, что улица его имени предназначена «не для пешеходов, а для лошадей».

В 2017 году муниципальный совет Кишинева, в числе прочих проектов «Гражданского бюджета» одобрил и проект по восстановлению Рышкановского парка, в который входила и установка пандуса рядом с лестницей на пересечении улиц Мирона Костин и Николая Димо. Однако пандуса до сих пор нет, а М.П. «Зеленое хозяйство», назначенное ответственным за данный проект, пишет, что не имеет к нему никакого отношения.

В 2017 году молдавские власти обещали подвергнуть техническому контролю и переоборудованию все транспортные средства, осуществляющие перевозку пассажиров за плату. «Пространство, предназначенное для инвалидных колясок, должно быть оснащено системой фиксации и системой безопасности все поверхности, по которым передвигается коляска, должны быть нескользящими. Также стороны въездного пандуса должны быть отмечены полосой контрастного цвета, отличного от цвета пандуса. На наружной части автотранспорта должен быть указатель, который сообщает, что оно приспособлено для людей с ограниченными возможностями», – таковы были обещания. Однако на сегодняшний день в столице оборудованы системой безопасности и фиксации только белорусские троллейбусы и новоприобретенные (через скандальный аукцион) автобусы.

В 2018 году власти дали новое обещание: в течение года установить ряд звуковых светофоров, пандусы доступа и тактильную тротуарную плитку, а также адаптировать несколько остановок ожидания общественного транспорта будут к потребностям людей с ограниченными физическими возможностями и осуществить ремонт подземных переходов для того, чтобы сделать их более доступными для людей с локомоторными нарушениями. Кроме того, примэрия обещала установить пандусы в нескольких парках. На данный момент из всех этих обещаний выполнена лишь малая часть: на бульваре Штефана чел Маре, после вмешательства ОА «Movitaţie», рабочим пришлось вновь разбирать тротуары и выкладывать тактильную плитку, а на некоторых переходах появились звуковые светофоры.

Что касается подземных переходов, в начале мая 2019 года их, наконец, начали ремонтировать. Правда, и здесь не обошлось без казусов – недовольство граждан вызвало «качество» используемых материалов. Жалуются люди и на новоотремонтированные улицы, на которых забыли (?) обустроить спуски для маломобильных людей.

В середине мая текущего года появились сообщения об окончании ремонтно-восстановительных работ гранитной лестницы в парке Валя Морилор. Лестница насчитывает 218 ступеней, однако подняться или спуститься по ним смогут не все, поскольку рабочие не предусмотрели и не установили пандус. Гражданский активист Виктор Киронда рассказал нам, что претор сектора Центр пообещал, что пандус будет установлен. «Самого проекта я не видел, но, насколько мне известно, институт «Chişinăuproiect» работает над данным проектом. Как только претор выйдет из отпуска, я обязательно спрошу у него, как обстоят дела», – сказал активист. Однако СМИ утверждают обратное.

Увидели – лестница была открыта, но только без пандуса.

Ирина Ревин: «Как один из хороших примеров улучшения доступности я бы назвала многофункциональные центры Агентства государственных услуг, которые начали открываться в городах и различных районах, в том числе, в Кишиневе. Они действительно, в большинстве своем, адаптированы. Там есть возможность заехать на инвалидной коляске, есть даже специально оборудованные туалеты для людей с инвалидностью. Но, к сожалению, это едва ли не единственный положительный пример, потому что другие государственные учреждения практически недоступны для ЛОВ, даже там, где они могут быть доступны. То же самое Агентство государственных услуг в Кишиневе имеет пандус, по которому УЖЕ можно заехать на первый этаж. Это произошло, благодаря мне и тому скандалу, который я устроила в прошлом году, когда оказалось, что там мало того, что нет пандуса, но еще и отключены лифты. Теперь там установили пандус, но услуги по регистрации общественных организаций и новых коммерческих единиц остались на 2 и 3 этажах, и по-прежнему недоступны. Лифты есть, но они отключены».

Однако некоторые столичные учреждения начинают решать проблему с лифтами. Например, в двухэтажном здании столичной примэрии решили установить лифт. Однако его стоимость, по заявлению одного из муниципальных советников, составляет 1 миллион леев. По словам представителей органа местной публичной администрации, таким образом, планируется обеспечить свободный доступ граждан с проблемами опорно-двигательного аппарата на заседания примэрии, муниципального совета.

При этом, в столице до сих пор не выполняются положения законодательства по поводу установки пандусов в новостроях и учреждениях. Например, свод правил в строительстве предусматривает следующее:

5.13 На придомовой территории, имеющей значительный перепад рельефа, следует обеспечивать указанные в NCM C.01.06 уклоны пандусов на участках движения: от входа в CP C.01.10:2017 38 здание до ворот (калитки), до места кратковременной автостоянки; до хотя бы одной зоны (площадки) отдыха. Рекомендуется обеспечивать возможность обхода (объезда на кресле-коляске) дома (здания, блока).

6.4 Требования к универсальной адаптации жилой среды определяются согласно NCM C.01.06. Габаритные схемы путей движения и функциональных мест должны проектироваться с учетом передвижения инвалида на кресле-коляске, а по оборудованию – также и на слабовидящих, незрячих и глухих. При проектировании зданий с жилыми помещениями для инвалидов, передвигающихся на креслах-колясках, следует обеспечивать: − доступность этажа проживания (с использованием пандусов, лифтов или подъемников); − необходимые габариты внутри домовых и внутриквартирных коммуникаций; − помещения и зоны квартиры (жилой ячейки или номера) за счет наличия пространств, обеспечивающих маневрирование на кресле-коляске в санитарном узле, кухне, жилой комнате, передней, на балконе или лоджии. При реконструкции жилых зданий и общежитий допускается обеспечение доступности движения инвалида на кресле-коляске (в том числе и с сопровождающим) к входу в здание и от него до этажа проживания (квартиры, жилой ячейки).

6.20 При наличии перепадов уровней при входе в жилое здание, общежитие, гостиницу и другие общественные здания временного пребывания следует предусматривать пандус, обеспечивая движение кресла-коляски в одном направлении с уровня земли до отметки входа. Ширину, уклон, ограждения и поручни пандусов принимать согласно NCM C.01.06.

Однако на деле, что в новостроях, что в государственных учреждениях мы видим либо полное отсутствие пандусов, либо слишком большой угол уклона.

История с пандусами, казалось бы, самая недорогостоящая и несложная для выполнения, оказалась для столичных властей камнем преткновения. По стандартам Республики Молдова, угол наклона пандуса не должен превышать 8%, а по факту, согласно исследованию портала brw.md – в некоторых местах он достигает 55%:

Национальный музей истории Молдовы – 32,5%;

Зоопарк – 27%;

Подземный переход у магазина «UNIC» – 55%;

Первая поликлиника – 10,5%;

Министерство юстиции – установлен подъемник;

Министерство сельского хозяйства и пищевой промышленности – 14%;

Министерство иностранных дел и европейской интеграции – пандус отсутствует;

Дворец Республики – 36%.

«Это проблема всей общественности, а не только людей со специальными потребностями. Заметив нарушение, обращаться с жалобами следует к администрации учреждений, затем в Претуру сектора, Примэрию и Министерство здравоохранения. Ну, и конечно – в суд», – отмечают авторы исследования.

Одним из первых на очереди в суд, без сомнения, является ULIM. Хотя на лестницах, расположенных с двух сторон здания университета, установлены металлические желоба, пандусом назвать их язык не поворачивается. Во-первых, угол наклона там настолько крутой, что даже мамы с колясками не рискуют подниматься по этим желобам, предпочитая поднимать и спускать коляску с ребенком на руках. А во-вторых, желоба расположены на фиксированном расстоянии друг от друга. При нас женщина с коляской тщетно пыталась попасть в них колесами – как оказалось, ширина между желобами просто не соответствует расстоянию между колесами коляски. И это, не говоря уже о людях в инвалидных колясках, которым вообще не реально ни подняться, ни спуститься по таким «пандусам». Да и лифт в здании международного университета отсутствует.

Впрочем, подобная ситуация наблюдается практически во всех университетах Молдовы, что сильно затрудняет доступ людей с ограниченными возможностями к получению высшего образования.

В контексте предстоящих выборов в местные органы власти недавнее исследование ПРООН в Молдове показывает, что «из 612 оцененных избирательных участков 432 недоступны, 174 – частично доступны и только 6 – доступны» (для ЛОВ и ММЛ – прим.ред.). Учитывая тот факт, что здания, в которых открыты избирательные участки, являются образовательными учреждениями, примэриями и другими учреждениями общественного назначения, эти данные свидетельствуют о крайне ограниченном доступе в эти учреждения для лиц с ограниченными возможностями и лицам с ограниченной подвижностью.

По нашим наблюдениям, очень многие здания в центре Кишинева не адаптированы для доступа ЛОВ и ММЛ. Организации по защите прав ЛОВ отчаянно пытаются изменить ситуацию к лучшему. Кто-то пишет обращения, кто-то устраивает специальные мероприятия, кто-то снимает сюжеты в местах, недоступных для маломобильных людей.

Ирина Ревин: «Таких организаций действительно достаточно много: Альянс организаций по правам людей с инвалидностью «AOPD», Ассоциация «Мотивация». Также есть региональные организации, такие, как «Вивера» в Бельцах. Каждая из них пытается внести какие-то улучшения в систему, в меру своих возможностей, но очень многое зависит и от самих людей с инвалидностью. Когда низы просят, верхи начинают что-то менять. А у нас очень маленькая активность в этом плане. Люди ждут, что кто-то за них будет что-то делать. Этого никогда не будет. Самим надо бороться за свои права – только так можно чего-то добиться. И вместе идти единой силой. По одиночке крайне сложно, но, когда мы молчим – добиться положительных изменений вообще невозможно».

Актуальная ситуация, к сожалению, показывает, что Кишинев, за редким исключением, мало приспособлен для полноценной жизни ЛОВ и ММЛ. Слишком многое еще предстоит решить и адаптировать. Но будем надеяться, что усилия профильных НПО, наконец, будут поддержаны новым правительством, и жизнь ЛОВ и ММЛ в столице начнет меняться к лучшему.

Фото Ирины Ревин