Анатолий Дирун, научный руководитель – Тираспольской школы политических исследований

 În română.

Этнополитические конфликты являются ключевыми факторами, влияющими на уровень региональной безопасности. Будучи сложными по «природе происхождения», они приобретают затяжной характер в процессе своего урегулирования.

Так, история молдо – приднестровского конфликта насчитывает более 25 лет. Вооруженное противоборство сторон в 1992 году осложняет выработку  политической формулы урегулирования.  С одной стороны, позиции Кишинева и Тирасполя сегодня далеки как никогда. С другой, на протяжении всего периода,  накоплен уникальный опыт в переговорном процессе, позволяющий обеспечивать мир на берегах Днестра. Это дает основания для исследования, анализа факторов и выявления  закономерностей, влияющих на динамику урегулирования конфликта.

Одним из таких факторов, оказывающих влияние на интенсивность конфликта, является восприятие и интерпретация противоборствующими сторонами, исторической памяти, которая включает в себя историю народа, в частности хранит исторический опыт, а также воспоминания о ключевых событиях прошлого.

В условиях нерешенного  конфликта историко-идеологичекое измерение формирует различные трактовки и механизмы использования «исторической памяти» обосновывающее позицию каждой конфликтующей стороны. При этом необходимо отметить, что, по мнению американского исследователя Ч. Кинга создание Молдавской ССР в 1940 году из двух частей  – Молдавской Автономной ССР на левом брегу Днестра и собственно Бессарабии, являлась искусственно созданным проектом внешней политики советского  руководства в этот период [1].

В этой связи национальная, культурная и политическая идентичность населения советской  Молдавии не имела серьезного глубокого фундамента и проявила готовность расколоться  в годы распада Советского союза. Что собственно и послужило предпосылками для возникновения конфликта между Кишиневом и Тирасполем.

Напомним, что конфликт между Приднестровьем и Молдавией начался с противостояния в обществе по вопросу государственного языка.   30 марта 1989 года был опубликован законопроект «О государственном языке», подготовленный рабочей группой Верховного Совета МССР, в котором единственным государственным языком провозглашался молдавский. Это вызвало ответную волну протестов в Приднестровье, законопроект признавался дискриминационным, звучали требования о присвоении русскому языку статуса государственного наряду с молдавским, озвучивалось недовольство переходом молдавского языка на латиницу. Тем не менее, 10 августа 1989 г. стало известно, что ВС Молдавской ССР на очередной сессии планирует обсуждение еще более радикального варианта законопроекта о ведении всего делопроизводства в республике на молдавском языке. В ответ на это, созданный в Тирасполе Объединенный Совет Трудовых Коллективов (ОСТК) провел предварительную забастовку с требованием отложить сессию Верховного Совета, однако руководство Молдавской ССР никак не отреагировало на эти действия и подтвердило решение о проведении сессии.

Это привело к увеличению числа предприятий не только в Приднестровье, но и в Молдавии, участвовавших в забастовке. 170 таких предприятий начали проведение забастовки с 29 августа, солидарность с которыми проявили около 400 трудовых коллективов. Ответной реакцией на забастовку стал митинг, проведенный Народным Фронтом Молдовы в Кишиневе, получивший название «Великое национальное собрание», объединивший в своих рядах около полумиллиона участников с территории всей Молдавской ССР. Прозвучали требования об исключении русского языка из общественной жизни республики. Через два дня Верховный Совет Молдавской ССР придал молдавскому языку статус единственного государственного.

29 января 1990 года в Тирасполе под патронажем ОСТК был проведен референдум о целесообразности создания Приднестровской Автономной Социалистической Республики. Подавляющее большинство опрошенных высказалось положительно. 23 июня Верховный Совет Молдавской ССР утвердил заключение специальной комиссии по пакту Молотова-Риббентропа, в котором создание МССР было признано незаконным актом, а Бессарабия и Северная Буковина объявлялись незаконно оккупированными румынскими территориями. Народный фронт в свою очередь выступил с требованием переименовать Молдавскую ССР в Румынскую Республику Молдова. В ответ на это Тираспольский городской совет заявил, что если МССР была создана незаконно, то вхождение левобережья Днестра в ее состав также является незаконным и решение правительства МССР не имеет для Приднестровья никакого значения.

Местные органы управления в Приднестровье  провели референдумы о статусе языка, в результате которых на территории Приднестровья официальными языками были признаны русский, молдавский и украинский. 2 сентября была образована Приднестровская Молдавская Республика (ПМР) в составе СССР, также был избран ее Временный Верховный Совет и его председатель – Игорь Смирнов.

Вооруженная фаза Приднестровского конфликта продолжалась с 1 марта до 1 августа 1992 года. С обеих сторон в боях были задействованы бронетехника и артиллерия.

В результате конфликта к середине июля 1992 года количество жертв с обеих сторон составило 1000 человек убитыми и около 4500 раненными.

Memory studies в условиях конфликта

На этом фоне каждая из сторон конфликта начала формировать политический и социальный заказ на исследование тематики memory studies[1] с точки зрения обоснования собственной государственности, так и легитимации своих решений по отношению к противоположной стороне в условиях конфликта. Сегодня можно уверено констатировать, что memory studies являются одним из наиболее динамично развивающемся направлением в историографии. Методологический аппарат и основные теоретические понятия, которые используются в области изучения исторической памяти, связанны с работами М. Хальбвакса [2], Б. Андерсона [3], П. Рикера [4], Ж. Ле Гоффа [5] и др. 

В этой связи, можно отметить разночтения и дискуссии о взаимоотношении исторической памяти и исторической науки. Так, ряд исследователей полагает[2],  что  историография призвана корректировать память и выбирать то, то чему в ней суждено остаться. Вторая точка зрения, заключается в том, что историография сама служит лишь отражением исторической памяти[3]. Необходимо также отметить и наличием позиции «золотой средины» между ними, которая признавая зависимость историографии от мифов, призывает с этими мифами бороться[4].

В свою очередь для Приднестровья как государства де факто, развитие собственной историографии и тем более такого направления как memory studies  было обусловлено, прежде всего, следствием развивающегося конфликта между Кишиневом и Тирасполем.

  Обращает на себя внимание, что, по сути, первым документом в области сохранения собственного культурного кода и развития основ собственной историографии стало постановление Верховного совета  ПМР 12 марта 1991 года  «О первоочередных мерах по сохранению самобытности молдавского народа, языка и культуры». В документе констатировалось, что «в последнее время в СССР Молдовы резко активизировался процесс румынизации молдавского народа… и проводится антинациональная политика забвения самобытности молдавского народа, его культуры, языка, традиций».

Вместе с тем, в профессиональном плане перед исследователями Тирасполя встала сложнейшая задача по разработке историографии Приднестровья. Это сложность заключалась, прежде всего, в том факте, что в отличие от многих других республик распадавшегося СССР, история Приднестровья как таковая никогда не была объектом исследования. Такая ситуация была обусловлена несколькими на наш взгляд, объективными причинами.

Первая, до 1990 года, Приднестровье не обладало собственной государственностью (за исключением этапа существования  МАССР в составе Украины с 1924 по 1940 года). В этой связи никаких  обобщающих трудов по истории региона ранее не было.

Вторая,  дореволюционная историография России, а также исследования историков Польши, Румынии, Турции до 1917 года, работ  посвященных истории левобережья  Днестра практически не имели.

Третья, за полувековой этап развития советской исторической науки было опубликовано небольшое количество работ, которые затрагивали различные проблемы региона в период существования МАССР (1924 по 1940 гг.) или в период гражданской и Великой отечественной  войны. Можно также отметить несколько краеведческих работ по истории Тирасполя и армянской колонии Григориополь [6].  

Вместе с тем, несмотря на сложность стоящих перед исследователями задач, сотрудники созданной в 1991 году в Приднестровском университете научно-исследовательской лаборатории «История Приднестровья» (заведующий Н.В. Бабилунга, ведущий научный сотрудник Б.Г. Бомешко, главный научный сотрудник В.Я. Гросул) заложили основы историографии в Приднестровье. Лаборатория стала основой, координирующим центром  для разработки и издания ключевых работ по истории Приднестровья. К их числу необходимо отметить: трехтомник «История Приднестровской молдавской республики»,  серии учебных брошюр «Курс лекций по истории Молдавии», сборник документов «Бессарабский вопрос и образование Приднестровской Молдавской республики», мемориальный справочник «Книга Памяти защитников Приднестровья», коллективная монография «Феномен Приднестровья» [7,8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16] и т.д.  

Анализ изданной литературы за более чем 25 летний период с момента образования Приднестровья. Позволяет нам выделить, как минимум пять точек, вокруг которых происходит выстраивание направлений в историографии ПМР.

Первое, направление, связано с развитием тематики молдавского традиционализма. В этом контексте издавались работы, связанные  с сохранением и развитием молдавского языка, культуры и истории [17,18, 19, 20, 21, 22].

Второе, издания посвященные  борьбе за независимость республики. Данное  направление включает в себя работы по развитию забастовочного движения, созданию общественного  движения ОСТК, организацию и проведение референдумов на территории республики [23, 24, 25].

Третье, охватывает тематику «войны за независимость». Включает  работы по истории вооруженного противостояния Молдовы и Приднестровья [26, 27, 28, 29, 30. 31].

Четвертое, издание работ посвященных периоду включения Приднестровья в составе Российской империи. Так, например, особое значение для Тирасполя имеет исследование суворовской тематики. Образ А.В. Суворова крайне популярен в Приднестровье[5]. Усилиями великого полководца земли Приднестровья были присоединены к Российской империи. Он лично заложил крепость Срединную, у подножия которой возник город Тирасполь. Образ А.В. Суворова увековечен в Приднестровье в названиях населенных пунктов, улиц, памятников, денежных знаков. В 70-х гг. XX в. существовал даже проект объединения двух городов, расположенных по обоим берегам Днестра – г. Бендеры и г. Тирасполя в один под названием Суворовград. В 1979 г. на центральной площади г. Тирасполя был установлен памятник А.В. Суворову работы ленинградских скульпторов братьев Артамоновых, который тех пор стал визитной карточкой не только г. Тирасполя, но и всего Приднестровья [32, 33, 34, 35, 36].

Пятое, современные работы посвященные анализу историко-политических  причин возникновения конфликта и образования Приднестровья [37,38, 39,40,41, 42, 43].

Закономерно, что такое активное развитие историографической базы было подкреплено развитием других инструментов, влияющих либо являющихся  неотъемлемой частью  memory studies.

Прежде всего, это историческое школьное образование, которое включает в себя учебники по истории Приднестровья «История родного края» для учеников (4-9 классов), а также учебник для (10 – 11 классов), «История Приднестровской Молдавской Республики» [44].

Необходимо также отметить, развитие в Приднестровье такого инструмента формирования исторической памяти как коммеморация, к которой относятся мемориалы, публичные праздники, монументы. Так в каждом городе республики, имеется мемориал памяти погибших защитников Приднестровья, главным государственным праздником является 2 сентября День республики, проводятся международные спортивные турниры в память погибших защитников и многое другое.

Таким образом, что для Приднестровья  в условиях неразрешенного  конфликта  развитие собственной историографии, является скорее не просто трендом, а фактором необходимым для консолидации общества на основе единого понимания и интерпретации прошлого, осознания текущей ситуации и выстраивания перспектив будущего развития.  

 

ЛИТЕРАТУРА:

  1. King, Ch. Moldovenii. România. Rusia şi politica culturală / Ch. King. –  Chişinău: Editura Arc, 2004. –  274 p.
  2. Хальбвакс М. Социальные реки памяти. М.: Новое издательство, 2007. 343 с.
  3.  Андерсон Б. Воображаемые сообщества. М.: КАНОН-пресс-Ц; Кучково поле, 2001. 286 с.
  4. Рикер П. Память, история, забвение / пер. с фр. М.: Изд-во гуманитарной лит-ры, 2004. 725 с.
  5. Ле Гофф Ж. Цивилизация средневекового Запада. М.: Прогресс; Прогресс-Академия, 1992. 372 с.
  6. Ананян Ж.А. Армянская колония Григориополь. Ереван. 1969 .Изд-во Академия наук Армянской ССР, 273 с.
  7. Бабилунга, Н.В. Бессарабская СССР: к истории несостоявшегося проекта / Н.В. Бабилунга // Интернет – издание тираспольской школы политических иссле-дований [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http :// www. Pmr 21. Info / article . ph p?art=40.–Дата доступа:30.12.2011. .
  8. Бомешко, Б.Г. Проблема «1940 года» в истории приднестровской государственности / Б.Г. Бомешко // Июнь 1940 -го. Бессарабия и Северная Буковина в составе СССР: Материалы международной научно – практической конференции / От в. ред. Ю. А. Борисенок.–М.: издатель Степаненко, 2010.– С.13–19.
  9. Бессарабский вопрос и образование Приднестровской Молдавской Республики: сборник официальных документов / отв. ред. В.Н. Яковлев. –Тирасполь: РИО ПГКУ, 1993.–191 с.
  10. Бабилунга, Н.В. Феномен Приднестровья / Н.В. Бабилунга и др.–Тирасполь: ПГУ, 2003.–336 с
  11. История Приднестровской Молдавской Республики / Сост. В.Я. Гросул, Н.В. Бабилунга, Б.Г. Бомешко и др. Т. 1. Тирасполь, 2000; Т. II. Тирасполь, 2001
  12. Приднестровье: прошлое, настоящее, будущее: Документы международной научной конференции, посвященной 200-летию со дня основания г. Тирасполя. 14-16 октября 1992г. Тирасполь, 1992.
  13. Полушин В. Тирасполь на грани столетий. Кн. 1. Тирасполь, 1995; Кн. 2. Тирасполь, 1996; Путешествие в историю города Бендеры (Бендерский историко-краеведческий музей 1914-1994). Бендеры, 1995;
  14. Руденко Н.П. Дубоссары — город защитников ПМР. Дубоссары, 1995;
  15. Унгурян Э.Г., Унгурян А.П., Борисова Т.И. История образования, заселения и развития немецких колоний в Левобережном Приднестровье в ХIХ в. Тирасполь, 2003
  16. ЯковлевВ.Н. Теринистый путь к справедливости.-Тирасполь, 1993
  17. Молдовенизм и Интердвижение // Исторический вестник Приднестровья. – 2006. -№ 10.
  18. Шорников П.М. Молдавская самобытность: Монография. – Тирасполь: изд-во Приднестр. Ун-та, 2007. – 400 с.
  19. Лазарев А.М. Я  – молдованин. – Тирасполь, 1995. 
  20. Гросул В.Я. О терминах «молдавский народ» и «молдавский язык». – Тирасполь,  1991
  21. Чобану И.Д. Слово о судьбе родного языка. – Тирасполь, 1992
  22. Петр Шорников, Поля Падения (Историография молдавской этнополитики). – К. : Б.и., 2009. – 200 с.
  23. Начало: Сборник воспоминаний / Сост. А.З. Волкова. – Тирасполь, 2000
  24. Волкова А.З. Референдумы в Приднестровской Молдавской Республике (1989-2003. – Тирасполь, 2005
  25. Бомешко Б.Г. Создание, становление и защита приднестровской государственности. 1990-1992 гг. – Бендеры: Полиграфист, 2010 – 520 с.
  26. Бабилунга Н.В., Бомешко  Б.Г. Книга Памяти защитников Приднестровья. Тирасполь, 1995.
  27. Бабилунга Н.В., Бомешко  Б.Г Бендеры — расстрелянные, непокоренные. Тирасполь, 1993.
  28. Бабилунга Н.В., Бомешко  Б.Г  Дубоссары — кровоточащая рана Приднестровья. Тирасполь, 1993.
  29. Бабилунга Н.В., Бомешко  Б.Г Приднестровский конфликт: исторические, демографические, политологические аспекты.  Тирасполь, 1998.
  30. Жирохов М.А. Приднестровье: история конфликта. – М. – Творческая Мастерская «Бабур-СТМ», «Русская панорама», 2014.206 с.
  31. Непокоренное Приднестровье. Уроки военного конфликта / А.В. Козлов, В.Н. Чернобривый. – М.: Вече, 2015. – 288 с.
  1. Благодатских И.М. А.В.Суворов в исторической памяти Приднестровья // Суворов. История и современность. – СПб., 2000. – С.23-27.
  2. Смирнов И.Н. Мы – суворовцы // Советская Россия, сентябрь 2000.
  3. Парламентская газета. 19 апреля 2000 г.
  4. Скалецкая О.Ю. В мире есть только две страны, где помнят о Суворове // Исторический альманах Приднестровья. 2000 г. №4. – С.77-78.
  5. Мельничук А.А. Город на Днестре Тирасполь http://www.pmr21.info/text.php?cat=13&name=gorodnadnestreTiraspol&arch=onsite
  1.  Beyer, John, and Stefan Wolff, Linkage and leverage effects on Moldova’s Transnistria problem East European Politics 32 (3): 2016. pp. 335 – 354
  2.  De Waal Thomas, An Eastern European Frozen Conflict the EU got Right, Politico.  http://www.politico.eu/article/transnistria – an – eastern – european – frozen – conflict – the – eu – got – right – moldova – russia – ukraine, 8 June 2016
  3.  King Charles, The Benefits of Ethnic War: Understanding Eurasia’s Unrecognized States World Politics Vol. 53, No. 4 (Jul., 2001), pp. 524-552
  4. Matsuzako Kimitaka, Transnistria in the macro regional context of the Black Sea coast: a collection of articles, Sapporo: Slavic Research Center, Hokkaido University, 2008
  5. Moser Sergey, Organization of joint control at checkpoints on the Ukrainian-Moldovan state border (Transnistrian factor), Tiraspol, 2009 
  6. Perepelitsa Gregory, Conflict in Transnistria causes problems and development forecast. Stilos, Kiev, 2001.  Republic of Moldova: current trends in the development, Moscow, 2004
  7.  Strautiu Eugen, The Transnistrian conflict Files, Techno Media, Sibiu, 2017
  8. Бабилунга Н.В., Бомешко Б.Г. История родного края. Учебник для общеобразовательных учебных заведений 6-7 классы. Тирасполь, 2004; Они же. История родного края. Учебник для общеобразовательных учебных заведений. 8-9 классы. Тирасполь, 2005; Этим учебникам предшествовало учебное пособие для 5 класса средней школы ПМР  (Бабилунга Н.В., Бомешко Б.Г. Страницы родной истории. Тирасполь, 1997), которое носило экспериментальный характер в период поиска единой концепции исторического образования как в России, так и в ПМР. С ее принятием и утверждением учебных планов и стандартов по предметам исторического цикла рассказы по родной истории, как и курс «Введение в историю», в школах больше не изучаются.

 

ССЫЛКИ:

[1] Алексей ВасильевMemory studies: единство парадигмы – многообразие объектов (Обзор англоязычных книг по истории памяти),  http://magazines.russ.ru/nlo/2012/117/v36.html  

[2] Никифоров А. Л., Историческая память и общество // Личность. Культура. Общество. 2013. Т. 15, No2. С. 90–102.

[3] Рюзен Й, Утрачивая последовательность истории (некоторые аспекты исторической науки на перекрестке модернизма, постмодернизма и дискуссии о памяти) // Диалог со временем: альманах интеллектуальной истории. 2001. Вып. 7. С. 10.

[4] Булдаков В. П., Историк и миф. Перверсии современного исторического воображения // Вопросы философии. 2013. No8. С. 54–65

[5] С Тодорашко З.Г., Суворовская тема в деятельности общества историков – архивистов Приднестровья, http://dunvolna.org/articles/6/20/

 

Источник фотографии.